Утренние мысли о переводе, о себе и о профессии

Картинки по запросу книжный червьСегодня размышляю о том, какой же из меня переводчик. Наткнулась в интернете на статью, где цитируются слова двух авторитетных переводчиков. Там сказано, что «Виктор Михайлович Суходрев считает, что «перевести можно все». Когда переводчиком во время перевода не найдено адекватное слово — это проблема не языка, а самого переводчика».
Да-да, я тоже так считаю. Перевести можно практически все. Вопрос только в упорстве и навыке поиска. И в правильном установлении уровня адекватности и эквивалентности для нужд конкретного текста.
Вспоминаю разные забавные случаи из моей практики.
Однажды прислали на перевод от клиента, которому я обычно перевожу уставы и договора, сканированную записку, с просьбой перевести как можно скорее за любые деньги, какие попрошу. Эта записка была просто восторг души. Текст написан корявыми буквами ребенка, вроде по-гречески, но при этом настолько неграмотно, что просто «туши свет». С большим трудом я продралась сквозь завесу грамматических и орфографических ошибок. Содержание захватывало дух. Сюжет для новой «повести печальнее на свете». Некий пылкий юноша (предположительно полуграмотный работяга, живущий в греческой среде) призывает свою возлюбленную слиться в пламенном экстазе… Остается только дофантазировать, кому и зачем понадобилось переводить эти записки… Тут может быть и ревнивый муж, и строгий отец…
Вообще, курьезных случаев с рукописным текстом в моей практике немало. Никогда не забуду перевод одного медицинского документа — направления на операцию. Всем известно, какой у врачей почерк. А уж у греческих служителей Гиппократа — это просто подчас взбесившаяся кардиограмма. Диагноз у пациента был неутешительный — torsio, так сказать, testis. Перекрут. Но вот по почерку врача не разобрать, правого или левого. А ведь дело серьезное, человеку же нужно одно отрезать. Я переводчик ответственный, случай не тот, чтобы просто написать в переводе /неразборчиво/ и сами решайте. Нашла координаты врача, позвонила. Спросила. А врач-то не только пишет «кардиограммами», он и ни одного звука нормально не произносит. С большим трудом добилась таки от него, какое testis он предписывал отрезать…

Постойте, но ведь и следующая цитата из статьи тоже верна. «Переводчик Виктор Петрович Голышев полагает, что «перевода вообще не может быть». Есть только переложение смысла из одной национальной культуры на другую – не больше и не меньше. Именно поэтому он заявил в интервью: «Перевод — занятие вторичное, это отраженный свет. Паршивую книгу хорошо перевести нельзя, и на оценке перевода всегда сказывается оценка оригинала»». Да, и здесь я согласна на 100% в том, что оценка переводчика сильно зависит от качества оригинала. Это вообще большая беда для переводчика, когда текст оригинала ужасен. Когда плохо построены фразы, когда смысл улавливается с трудом. Когда приходится не переводить, а интерпретировать. В таких случаях чувствуешь себя, словно идешь по минному полю. В каждой фразе — ловушка. Ведь читатель не всегда может сравнить текст оригинала и перевода, чтобы оценить работу именно переводчика. Для него переводчик и автор практически тождественны. Лучше конечно вообще за такие тексты не браться. А если выхода нет? Сидишь, ломаешь голову, ищешь что-то хорошее, предлагаешь подходы, добиваешься доступа к «телу» автора, чтобы обсудить возможные варианты, уточнить. Но не теряешь надежды.
Сколько раз бывало, что оказываешься словно в тупике. На заре моей переводческой карьеры как-то довелось работать над переводом одной книги. Книга нужна была не для печати, а как справочный материал. Срок — «шикарный», около 400 страниц на 40 дней (ха-ха-ха). Меня спросили: «Вы с итальянского переводите?». Да. Перевожу. Но как выяснилось, чудо-автор книги не разделяет современный итальянский, средневековую латынь нотариальных актов, флорентийский диалект эпохи Возрождения и еще пару диалектов современной Италии. В понимании автора, читатель это все должен запросто понимать и ссылок с переводом на современный нормативный итальянский давать не нужно. Угу. Так что за сорок дней я открыла для себя много нового. Но опыт-то был бесценный. Я не жалею о нечеловеческих усилиях, которые пришлось приложить. Сколько пришлось прочитать дополнительных статей, книг, сколько новых словарей открыть для себя…
Что же получается, оба утверждения коллег верны? Для меня, да. Пока я не «наработалась» досыта, пока мне интересно добиваться хорошего результата даже в сложных случаях, искать ответы, решения, подходы. Пока я верю, что любой текст имеет право существовать и может быть переведен на любой язык. Что профессиональный подход — это обоснованное маневрирование между различными уровнями адекватности и эквивалентности. Это работа с многоязычными словарями, толковыми словарями, с контекстами, с живыми носителями языка, постоянное повышение квалификации в целом. Это в каждом случае практически детективное расследование для установления единственно правильного варианта. Люблю свою работу…

Поделиться...
Share on Facebook
Facebook
Share on VK
VK
Tweet about this on Twitter
Twitter
Email this to someone
email
Print this page
Print

Did you like this? Share it!

0 комментариев для “Утренние мысли о переводе, о себе и о профессии

Оставить комментарий